Неточные совпадения
Я положил
руку на ее крошечные холодные пальчики… Она взглянула на меня — и ее темные веки, опушенные золотистыми ресницами, как у древних статуй, закрылись снова. Спустя мгновенье они заблистали в полутьме… Слеза их
смочила.
Там у стола сидел парень в клетчатом пиджаке и полосатых брюках; тугие щеки его обросли густой желтой шерстью, из больших светло-серых глаз текли слезы,
смачивая шерсть, одной
рукой он держался за стол, другой — за сиденье стула; левая нога его, голая и забинтованная полотенцем выше колена, лежала на деревянном стуле.
Самгин брезгливо подумал, что, наверное, многие из этих инструментов исполнения воинского долга разрубали черепа людей, отсекали
руки, прокалывали груди, животы, обильно
смачивая кровью грязь и пыль земли.
Татьяна Марковна тяжело встала на ноги и села на кушетку. Вера подала ей одеколон и воды,
смочила ей виски, дала успокоительных капель и сама села на ковре, осыпая поцелуями ее
руки.
После завтрака все окружили Райского. Марфенька заливалась слезами: она
смочила три-четыре платка. Вера оперлась ему
рукой на плечо и глядела на него с томной улыбкой, Тушин серьезно. У Викентьева лицо дружески улыбалось ему, а по носу из глаз катилась слеза «с вишню», как заметила Марфенька и стыдливо сняла ее своим платком.
И сам налил себе из желоба воды на
руки,
смочил глаза, голову — и скорыми шагами пошел домой.
Но пота не появлялось; напротив, тело становилось все горячее и горячее, губы запеклись, язык высох и бормотал какие-то несвязные слова. Всю остальную ночь Надежда Владимировна просидела у его постели,
смачивая ему губы и язык водою с уксусом. По временам он выбивался из-под одеяла и пылающею
рукою искал ее
руку. Мало-помалу невнятное бормотанье превратилось в настоящий бред. Посреди этого бреда появлялись минуты какого-то вымученного просветления. Очевидно, в его голове носились терзающие воспоминания.
И вот, с горькими и радостными слезами, она прижалась к его груди, рыдая и сотрясаясь голыми плечами науками и
смачивая его рубашку. Он бережно, медленно, ласково гладил по ее волосам
рукою.
Вначале такой сирота поставит себе у изголовья ведерко с водою и черпает ковшиком, пока
рука поднимается, а потом ссучит из рукава или из подола рубашки соску,
смочит ее, сунет себе в рот, да так с ней и закостенеет.
И едва я дошел до того, как питала меня Магна и как она своими
руками смачивала в воде плат и прикладывала его к моему расшибленному плечу, юный Магистриан весь озарился в лице и воскликнул в восторге...
Она приносила мне столько роскошной пищи, что ее с излишком доставало для меня и для Акры, а Магна сама, своими девственными
руками,
смачивала у ручья плат, который прилагала к моему больному плечу, стараясь унять в нем несносный жар от ушиба.
Я устроил из лучины нечто вроде пюпитра и, когда — отбив тесто — становился к столу укладывать крендели, ставил этот пюпитр перед собою, раскладывал на нем книжку и так — читал.
Руки мои не могли ни на минуту оторваться от работы, и обязанность перевертывать страницы лежала на Милове, — он исполнял это благоговейно, каждый раз неестественно напрягаясь и жирно
смачивая палец слюною. Он же должен был предупреждать меня пинком ноги в ногу о выходе хозяина из своей комнаты в хлебопекарню.